Із щоденника історика:
"Луганск — 25, 26, 27 декабря 1930 г.
[...]
Это какие-то степные Афины. Здесь абсолютно все учатся. Четыре вуза полны рабочими и донецкими крестьянами. В вузе я выступал с докладом.
Все преподавание идет на украинском языке. Ребята даже плохо говорят по-русски и мне присылались записки, написанные по-украински.
Учащиеся в вузах – все молодняк, но есть и краснознаменцы, бывшие луганские партизаны, есть рабочие шахтеры, очень хороший состав.
Только видно, что работают с ним плохо. Квалифицированных сил для работы нет. Ректор педагогического института состоит слушателем заочного отделения института Красной профессуры.
Это одно показывает на его уровень. Подстать ему, по-видимому, и преподаватели. [...]
А другой – секретарь ячейки – украинец, не говорящий по-русски, с ужасом мне сообщил, что их профессор по истории Грушевский — не то племянник, не то брат украинского академика, думает о какой-то особой схеме Украины. А этот представитель украинской культуры был искренне уверен, что никакой особой схемы украинской истории не существует, и мне великорусскому шовинисту пришлось рассказывать ему о том, что украинский народ имеет свою историю и что может быть и особая схема истории Украины. [...]
Во всяком случае, по внешнему виду в Луганске жить гораздо сытнее, чем в Москве. В лавках все продают, в столовках.
Правда, столовку я видел одну, но там есть и мясные блюда и дичь: зайцы, утки, куры."
Дневник историка С.А. Пионтковского (1927–1934) / Отв. ред. и вступ. статья A.Л. Литвина. – Казань: Казан. гос. ун-т, 2009. – С. 395–396.